Всего два дня
осталось до Дня города и общегородской
ярмарки, которую мы все договорились
называть Петровской. Мы пытаемся
возродить забытые, но милые сердцу
традиции, а поэтому все, что сохранили
память и письменные источники об
истории проведения подобных ярмарок в
Старой Руссе, мы стараемся изучить и
использовать. Вот, к примеру, что
вспоминает о ярмарочной торговле наш
земляк, краевед Михаил Поляков. В его
свидетельствах мы находим описание
старого Гостиного двора 1915— 1918 годов.
Вот что он пишет:
...“Железная дорога,
судоходная река и почтовый тракт,
очевидно, сделали наш городок торговым.
Действительно, было бы роскошью для
небольшого городка иметь три торговых
площади — базарную, конную, сенную и
добротный, просторный гостиный двор.
Каменный гостиный
двор тянулся вдоль главной улицы на
протяжении двух кварталов. Сводчатые,
приземистые, крытые галереи шелковых и
галантерейных линий со сверкающими
витринами, уставленными всевозможными
товарами, были облеплены кричащими
вывесками и рекламой.
На большую базарную
площадь с готической водонапорной
башней в центре выходили бакалейные,
щепные, шорные и железо-скобяные лавки.
Напротив, через улицу, второй ряд лавок
местных купцов сливался с морем лотков и
палаток верейского и мясного базаров.
Магазинов, лавок и лабазов (лабаз —
торговое помещение, преимущественно на
рынке или базаре, для торговли зерном,
мукой) в городе было значительно больше,
нежели в них ощущалась потребность.
Торговля была рассчитана в основном на
близлежащую округу. Об этом говорило и
множество агентств и представительств
столичных и московских фирм, занимавших
самые лучшие магазины гостиного двора.
Основная цель этих агентств была в
первую очередь — оптовая торговля.
Конечно, они с шиком
торговали и в розницу, но розничная
торговля была в полном и безраздельном
владении местных купцов-богатеев. Если в
яркий и солнечный день или перед
каким-либо праздником приходилось
попадать в гостиный двор, то голова
кружилась от блеска и крика громадных
вывесок. Тут были русские и иностранные
названия. Вот роскошный магазин изящных
вещей и мод Конгейма, мануфактура “Товарищество
Эмиль Цин-дель”, “Савва Морозов и
сыновья”, “Фейертаг — аптекарские
товары”, “Брокар” и “Ралле —
парфюмерия и косметика”.
Тут же витрины
местных воротил-мануфактурщиков
Вознесенского, братьев Мячиных,
Голиковых, сверкающие самоцветами и
золотом ювелирные магазины Перцовского
и Розенц-вейга, “Швейные машины “Зингер”.
А на другой,
бакалейной стороне гостиного двора — “Блигкен
и Робинсон”, “Жорж Борман”; чай — “Губкин
и Кузнецов”, “Сергей и Василий Перловы”
и море лавок местных купцов —
Долгополовых, Потыкаловых, Вихоревых,
Токаревых и далее без конца…
...Апофеозом лета
являлись ярмарки Петровская и Ильинская.
Ярмарка для Старой Руссы была большим
событием. На две недели она оживляла
провинциальную жизнь. Разноязычный
говор стоял в ярмарочном городке с утра
до поздней ночи. Пахло медовыми
пряниками, жареными пышками, турецкими
стручками и горячими вафлями. Под
полотняными навесами ларьков и
балаганов шел бойкий торг. Чем тут
только ни торговали! А какие были
игрушки, сладости и другие вещи, милые
детскому сердцу!..”
Живо перед глазами
встает эта картина, и невольно грусть
закрадывается: как же не похожи наши
нынешние Петровские ярмарки на те, что
были в ту благословенную пору! “Кричащая
реклама”, “разноязычный говор” —
читаешь эти строки и удивляешься: разве
теперь это уже невозможно?! И невольно
задумываешься о том, что бы такого
сделать, что предпринять, чтоб засияла
вновь старорусская ярмарка, как в
прежние времена, чтобы слава о ней
разошлась по всей округе. Все у нас для
этого, казалось бы, есть. Надо лишь
неотступное желание и время, чтобы мечты
стали реальностью. Ну и еще, конечно же,
настойчивость и предприимчивость всех,
от кого это зависит.